Дневники

Результат поиска для: "китаисты"



Фото 1. Владимирец Котов Аркадий Михайловичв 1967 году поступил на восточный факультет

нашего института из армии, а вернее даже с флота, был командиром учебной группы. Светило науки, имевший аналитический склад ума, обладавший потрясающей памятью и работоспособностью, уже тогда был человеком поистине энциклопедических знаний. После одного прочтения мог прочно запомнить почти любой материал, что позволяло ему иметь большую начитанность. А.Котов имел хорошее лингвистическое чутье: в сложнейших вопросах языкознания Аркадий Михалыч, как его скоро стали уважительно называть товарищи, разбирался лучше многих преподавателей, потому что серьезно интересовался этой наукой еще до поступления в институт. В русском языке он был непревзойденный ас, доступно объяснявший товарищам сложнейшие явления. Это в значительной мере помогало ему находить диалектические связи в разных языках, поэтому и английский, и китайский язык ему давались, казалось бы сравнительно легко, хотя на самом деле все-таки требовали большого труда. Фото 2 

Во время учебы он слегка язвительно отзывался о нас, молодых повесах, считая, что мы недостаточно трудолюбивы. Правда, сам, хорошо зная себе цену, никогда не кичился своими успехами и в обычной жизни был достаточно общительным человеком. Ко мне как к кадету уже с первого курса относился с уважением, бывало, даже выпивали вместе. Не гнушался иногда в свободную минуту отвлечься на самоподготовке для шуточной фотосессии или даже для игры в «коробок». Никто из нас не мог соперничать с ним в учебе, зато могли запросто обыграть в эту незамысловатую игру, и он, несмотря на то, что был командиром учебной группы, честно отрабатывал проигрыш. А для того чтобы запечатлеть столь трогательный в его жизни момент, мне пришлось несколько дней таскать в своем портфеле фотоаппарат. В то время Аркадий посмеивался над моими любительскими фотографиями, называя их «мутными картинками», но, думаю, сейчас бы он с удовольствием оценил память, которую сохранили эти «мутные картинки». Фото 3 и фото 4.

Для всех была ясна дальнейшая перспектива его работы и жизни – только наука и научная деятельность. Обладатель единственной в тот год на всем потоке золотой медали Аркадий Михайлович Котов, получивший самое лучшее распределение преподавателем в Институт восточных языков МГУ, вскоре уже защитил кандидатскую диссертацию, а через несколько лет был переведен на должность старшего преподавателя в свою альма-матер. Здесь он также успешно защитил докторскую диссертацию, но вынужден был не двигать науку, что вполне могло бы сделать его лидером в области советской или российской китаистики, а, продолжая оставаться военным, вынужден был заниматься рутинной службой, которой в это время уже слегка тяготился. Более того, в целях увеличения оклада для обеспечения своей семьи перевелся в одно из управлений МО в качестве простого клерка, участвуя в качестве переводчика во многих переговорах на высшем военном уровне. Вполне возможно, что, даже продолжая работать там, он смог бы параллельно проделать и какие-то прорывы в области китаистики. Но в рассвете сил и на подъеме карьеры неожиданно погиб в нелепой автомобильной катастрофе, когда ему было всего лишь 49 лет.

Шанин Анатолий · Окт. 2 '14 · Комментариев: 10 · Теги: китаисты, котов а.м.

Не скажу, что мы были очень близко дружны, но все-таки с уважением относились друг к другу, и мне приходилось встречаться с Аркадием уже после выпуска во время моих проездов через Москву в отпуск, когда их семья радушно встречала меня у себя дома. Фото 5.

Когда же я сам стал преподавателем и начал подумывать о необходимости написания диссертации, я опять же обратился за помощью к нашему большому ученому. Аркадий Михайлович предложил мне хорошую тему, посоветовал встретиться с профессором Солнцевым. Правда, потом мне по некоторым причинам пришлось все-таки изменить направление и тему своей диссертации. Тем не менее, когда мне приходилось приезжать в Москву для работы в Ленинской библиотеке, то иногда я на несколько дней останавливался в семье Аркадия, и бывали случаи, когда, уезжая на отдых, они с Шурочкой, знакомой мне со времени наших активных и развеселых свадеб, даже оставляли мне ключ от своей квартиры. Фото 6.

Последний раз мы виделись с Аркадием уже в конце 80-х годов, когда они всей семьей приезжали в Киев, где я тогда служил. Встреча была очень радостной. В один из дней мы даже съездили в этнографический музей украинской культуры и быта в местечке Пирогово, где провели удивительное время.

    

       Очень жаль, что я не смог прибыть на похороны, в то время уже работал в Китае, и даже еще долгое время не знал о его смерти, не было ни интернета, ни мобильников. Когда в очередной раз пролетал через Москву и попытался дозвониться, то не смог, а когда от другого нашего товарища услышал эту страшную новость, то испытал шок. Какое-то время я даже не мог поверить в возможность такой жутко несправедливой случайности.


           Имею основания считать, что, если бы Аркадий Михайлович не погиб, в нашей российской китаистике были бы серьезные изменения в лучшую сторону, особенно в настоящий период бурного развития Китая, развития интереса к нашему многонаселенному соседу и активизации отношений между нашими странами.                                                                                       

(Использована часть материалов из повести «Волочаевские дни»)