Поезд идет на восток Глава 17 (окончание) из дневника Шанин Анатолий

      

При первом знакомстве задавали много вопросов, хотя порядок и употребление слов часто совершенно не русское, иногда двусмысленное, поэтому порой вызывало недоумение, улыбку и, как следствие, шутку в их сторону. Запомнились такие вопросы: «Вы пьете?» (это в смысле «Вы выпиваете?») или «Почему русские женщины ходят раздетыми?» (в смысле «ходят в платьях, а не носят брюк, как в Китае»), «Как вы познакомились со своей женой?» (это уже вопрос возраста). Обязательными были вопросы о положении дел в России, о Ельцине, и, конечно же, была масса вопросов о семье, о детях, старались сравнить жизнь русских и китайских студентов. Отвечать приходилось осторожно, поскольку была опасность непонимания ими ответа. Мой ответ должен был выглядеть предельно лаконичным и простым лексически и грамматически. Всегда приходилось быть внимательным и тщательно продумывать фразу, прежде чем ответить. Иногда приходилось повторять ответ несколько раз. На китайский язык переходить было нельзя, хотя в этом случае они заметно оживлялись, потому что становилось понятно даже тем, кто до этого вообще ничего не понимал.

Через некоторое время работа со студентами превратилась для меня в праздники. Похоже, я обрушил на них всю свою нерастраченную за полгода энергию, любовь и заботу. Большинство из них то ли чувствовали это, то ли тоже сказывалась оторванность от дома, но искренне тянулись ко мне. Не знаю, возможно, чувствовалось и влияние приближающейся весны, приметы которой были все заметнее и заметнее, но иногда я ловил себя на мысли, что чувствую себя здесь как-то спокойнее, довольно свободным человеком, свободным от всей той политики и всего того, что творится в моей стране, свободным от всех дурных забот. Есть только дела, которые необходимо делать, чтобы заработать, интересная работа, которая доставляет удовольствие, и есть условия для жизни, необходимые для поддержания своего существования.

В последнем вопросе об условиях жизни в общежитии вдруг появились какие-то сдвиги. Стоило только подсуетиться преподавателям факультета, на котором я стал работать, походатайствовать за меня, как сразу же меня пригласили в то же самое управление нашего Шаоюаня, где перед этим отказывали под разными предлогами, и предложили написать заявление на отдельную комнату. Можно подумать, раньше об этом никто не знал. И через некоторое время я уже покинул свою камеру на первом этаже к некоторому разочарованию моего соседа, которому теперь светила перспектива получения нового соседа неизвестного происхождения, что его в период активных встреч с Верой, все чаще приезжавшей из Шанхая, явно не устраивало.

Поместили меня все-таки, как я раньше и предлагал, на пятом, то есть женском, этаже, видимо, решив, что я к этому времени уже успешно прошел проверку на надежность и в евнухи гожусь. Жительницам этого этажа действительно опасаться было нечего, а вот мне пришлось приспосабливаться, поскольку таблички «Мужской» на душевой и туалете в одном конце коридора для обитателей данного этажа не имели ровным счетом никакого значения, потому что идти в другой конец коридора им было неохота. Поэтому мне часто приходилось стоять под душем одновременно с какими-нибудь негритянками за соседней, весьма условной стеночкой или утром в туалете натыкаться на полураздетую киргизку Дейю, выскочившую из кабинки, в которую я только что собирался войти, и бросавшую на ходу: «Доброе утро, Анатолий Степанович!»

После уборки и некоторого прибранства, моя новая «камера», но уже без решетки, приобрела более-менее уютный вид. Несомненно так жить удобнее, но пришлось кое-что прикупить для домашнего хозяйства. Испорченную электроплитку нашел у себя на этаже, сделал переходник, и через несколько минут она уже работала. Можно было самому сварить хоть чашку риса, теперь в студенческую столовую ходил только за пампушками, заменявшими мне хлеб.

Время полетело со скоростью если не ракеты, то хорошего экспресса точно. Едва успевал крутиться, стараясь везде успеть. Почти каждый день с утра до вечера продолжал работать на рынке. В конце марта в Пекин пришла весна, начал цвести кустарник, распустились сережки на деревьях, почки набухли, вот-вот все зазеленеет. Днем уже было довольно тепло, пришлось сменить пуховик на куртку, но ветры здесь были еще по-прежнему сильные и противные, поэтому возвращался в общежитие замученным и грязным, а вечером еще предстояла подготовка к занятиям. Два дня в неделю в первую половину дня были занятия, как праздники. Хотя после занятий опять садился на велосипед и мчался на рынок, но настроение было уже значительно лучше.

       Поскольку я вел у студентов занятия по письменной речи, то нашел хорошую форму письменных бесед с ними: они писали мне письма, почти на каждом занятии сдавали мне письменные работы. Темы, которые я предложил им были самыми простейшими: Знакомство. Семья. Мой друг (описание человека) (давал много слов по внешности и характеру). Мой рабочий день. Мой дом (квартира). Выходной день. Магазин и товары в нем. Любимый кинофильм. Рекламное объявление.

В своих письмах они понемногу раскрывались. Много интересного и веселого встречалось в этих письмах-признаниях, хотя было довольно странное явление массового признания в любви, приглашений в гости в их родной город и т.д. Многие из них действительно заслуживали внимания – были среди этих детей умненькие и довольно способные экземпляры. Как ни печально, но Даша с Максимом в это число не вписывались.

Практически ни одной фразы не звучали без ошибок, но все же старались хоть как-то выразить свою мысль. Очень много было китаизмов, доходить до смысла которых мне помогало знание китайского языка. Но это же давало и мне понять, что я в разговарах на китайском языке грешу руссизмами.

Кроме обычных стандартных фраз, которые мои ученики брали из учебников, иногда попадались весьма интересные откровения и рассуждения. Во всяком случае, когда было задание по описанию человека, то я узнал о себе, а большинство студентов выбрало для описания именно меня, много интересного, чего даже сам не знал. Очень часто в работах встречались признания в любви и дружбе. Вот как они писали о нашей первой встрече, видимо, обменявшись впечатлениями в общежитии (орфография и грамматика подправлены).

«В Хэйлунцзян (северная провинция – А.Ш.) не хватает переводчиков с русским языком, поэтому правительство провинции отправило нас изучать русский язык… Мы очень рады, что у нас, наконец-то, будет преподавать русский профессор. Мы мечтали об этом уже давно. Я верю, что вы поймете нас, ведь вы тоже изучали иностранный язык. Очень надеюсь, что мы станем большими друзьями».

«Слово «Здравствуйте!» сразу же сняло напряжение между нами. По разговору мы заметили, что это очень ласковый человек».

Лю Циньбэй как мальчик был более лаконичен: «Это пожилой русский человек в очках. Уверен, что он сразу станет нашим любимым преподавателем и хорошим другом».

«Я уже раньше слышала, что у нас будет работать иностранный преподаватель, и мысленно нарисовала его образ в своей голове. Он обязательно должен быть очень старым ученым и характерным иностранцем. Но когда я первый раз увидела его, я поняла, что ошиблась. Он оказался моложе своих лет, с хорошим чувством юмора, и я совсем не почувствовала, что он – иностранец». Тут требуется небольшое пояснение в том, почему же «она не почувствовала, что я иностранец», да потому что иностранцами китайцев запугивают с детских лет и почти во всех фильмах иностранцы самые жуткие и гадкие люди, почти звери.

«Мы первый раз разговаривали с русским человеком, поэтому все мы чуть-чуть стеснялись. Он высокого роста. У него светло-каштановые волосы. Думаю, что это интересный человек. Я уже почти полюбила его».

«Мы первый раз встретились, а уже полюбили его и с нетерпением ждем, когда наступит следующий урок».

А вот и критическая нотка: «Наш иностранный преподаватель интересный и разговорчивый человек, но на занятии мы не все понимаем, что он говорит. Когда он говорит по-китайски, хоть и неважно, но мы хорошо понимаем, что он хотел сказать».

Вот и девичьи восторги: «Он очень красивый! По-китайски говорит тоже очень хорошо. Мы ждем, когда наступит следующий урок».

«На первой встрече вы показались нам строгим и серьезным, но когда мы познакомились лучше, то оказалось, что вы интересный и сердечный человек. Особенно удивило нас то, что вы можете говорить по-китайски и даже знаете иероглифы». В одной из других работ она добавила: «Вы еще раз удивили меня, когда сказали, что немного понимаете и даже любите Пекинскую оперу».

А вот такое описание не всегда в состоянии сделать даже русский ученик: «Раньше нам стало известно только его китайское имя (моя фамилия в китайской транскрипции означает «Горный орел»), а это имя порождало чувство храбрости и вселяло бодрость и уверенность… Он не худой и не полный. Его темно-русые волосы чуть вьются, что говорит о покладистом характере. Черты лица правильные, на лице часто светится улыбка. Карие глаза большие и живые. Больше десяти пар глаз смотрели на него, но в его глазах даже совсем не было напряжения. После занятия у всех осталось очень хорошее впечатление. Верю, что после этого мы будем с ним дружить».

А вот какой комментарий дала дочка судьи: «Он преподает серьезно. Но нам нравится он, потому что он – юморист. И хотя он иностранный человек, он нам нравится, и мы уважаем его».

«Я мечтаю в будущем стать хорошей преподавательницей, как вы».

А вот письмо, которое я получил на последнем занятии от красавицы Тэн Хуа, высокой, стройной и красивой девушки с длинными каштановыми волосами. До этого она ни разу не писала обо мне. А вот при расставании вне всякого задания после своей письменной работы написала в тетради: «Я очень волнуюсь, когда пишу это письмо, потому что вы возвращаетесь домой, и нам придется расстаться. Может быть, это письмо будет последним, хотя я очень надеюсь, что мы сможем и дальше писать друг другу, рассказывать о себе, о своей жизни, об учебе. Мы вместе работали, гуляли по городу, любовались прекрасными пейзажами Пекина. Мы получили у Вас много знаний. Мы почувствовали, что вы очень серьезный человек в работе, а в жизни вы человек с юмором….».

Можно ли было после этого не любить их ?…


Комментарии

Нет комментариев
Вы должны войти, чтобы комментировать